Электронная мордо-библиотека.

Свами Четананда: "Они жили с Богом".

Глава 03. Хридайрам Мукопадхья.

Рождение, жизнь и проявления аватара божественны, и потому непонятны для обычного человека. Более того, аватары не ищут внимания и не пишут биографий. Они предпочитают оставаться в тени, незаметно для других выполняя свои задачи. Время от времени они могут рассказывать своим ученикам истории о своей борьбе и опыте. И только в результате этого люди могут узнать об их божественной жизни. Для тех, кто ищет Бога, знать мелкие подробности жизни аватар, в особенности их поисков Бесконечности, их борьбу и результаты, очень существенно. А про жизнь и поиск Кришны, Будды, Христа и Чайтаньи известно так мало.

Тем не менее, М., человек, который написал «Евангелие Рамакришны», слышал от самого Рамакришны рассказы о его путешествиях в восприятиях и записал их почти дословно. Свами Сарадананда, ученик-монах Рамакришны, написал книгу «Шри Рамакришна, Великий учитель» - подлинную биографию Рамакришны. И сам он был свидетелем многих событий жизни Рамакришны и слышал от него много рассказов о Переживаниях учителя в юные годы. А также он описал рассказы многих людей, которые были свидетелями. Во время написания второй части книги «Великий учитель», Свами Сарадананда часто прибегал к помощи Хридаярама, жившего с Рамакришной почти непрерывно на протяжении двадцати пяти лет (с 1855 по 1881).

Хридай был внуком тетки Рамакришны по отцовской линии, и таким образом приходился Рамакришне двоюродным братом, или, если следовать индуистской точке зрения, племянником. Он был на четыре года моложе Рамакришны, так что получается, что родился он в 1840 году. Сихар, место его рождения, расположен всего в четырех милях от Камарпукура. И когда Рамакришна был еще мальчиком, он часто бегал в Сихар, так что он и Хридай знали друг друга очень хорошо. В 1852 году Рамакришна переехал в Калькутту и потом в 1855 в Дакшинешвар. Когда Хридаю было шестнадцать лет, он попытался поступить на работу в Бурдване, но у него ничего не вышло. И, узнав, что его дядя, Рамкумар, был назначен служителем в новый храм Рани Расмани в Дакшинешваре, он отправился туда без промедления. Завидев этого пацана, своего давнего друга, Рамакришна очень обрадовался.

Хридай был высоким, красивым и накаченным парнем, выделялся смелостью, чувством юмора и неистощимой энергией. Тяжелый труд нисколько его не заботил. Будучи очень изобретательным, он с легкостью приспосабливался к любому изменению обстоятельств, и если ему приходилось сталкиваться с проблемами, часто находил уникальные решения. И вдобавок ко всему этому, он был искренне предан Рамакришне, и ни секунды не задумывался, прежде чем что-то для него сделать даже в ущерб своим интересам. Но, несмотря на эти качества, Хридай был далек от духовной жизни. Как только у него появлялась такая возможность, Хридай предавался развлечениям и страстно хотел мирского процветания.

Но по воле Бога Хридай вернулся в жизнь Рамакришны как раз тогда, когда Рамакришна только начинал свое путешествие осознания, забывая свое тело, окружающий мир и все остальное. В течение всего этого длинного и сложного периода Хридай стал для него нянькой, телохранителем, поваром, сиделкой, другом и советчиком. И в результате того, что он был так близок Рамакришне, Хридай неизбежно впитал многие его качества. Рамакришна часто повторял, что без Хридая для него было бы невозможно защитить свое тело во время своих духовных практик. И ученики Рамакришны были бесконечно благодарны Хридаю за его самоотдачу.

Позже Хридай описывал свои чувства к Рамакришне: «Много раз я переживал неописуемое приятие Рамакришны и всегда оставался с ним как тень. Даже мгновения без него были для меня невыносимы». До принятия должности служителя, Рамакришна готовил еду под деревом Панчавати, и Хридай помогал ему, но сам ел на кухне при храме. А по ночам они вместе ели прасад Божественной Матери. Хридай заметил, что после ужина Рамакришна постоянно куда-то пропадал на пару часов, и попытался найти его. Когда Рамакришна появился, Хридай спросил его про эти исчезновения. «Я просто был тут поблизости, - ответил Рамакришна». Потом Хридай заметил, как Рамакришна шел по направлению от рощи Панчавати, и решил, что тот просто ходил попИсать, и больше ни о чем его не спрашивал.

Расмани и Матхур очень хотели, чтобы Рамакришна стал служителем в этом храме, но когда предложение было передано ему через Рамкумара, Рамакришна ответил: «Я не буду служить никому, кроме Бога».

Но Рамкумар был более чем на тридцать лет старше Рамакришны, и справляться с делами ему становилось все труднее. Это обстоятельство дало Матхуру повод попросить у Рамакришны помощи. Как-то Рамакришна и Хридай бродили в саду храма. Завидев их издалека, Матхур послал за Рамакришной. Тогда Рамакришна сказал Хридаю: «Как только я приду туда, он попросит меня остаться здесь и проводить службы». «Но что в этом плохого - работать у великого человека в этом святом месте? Почему ты так несговорчив? - удивился Хридай.

Рамакришна ответил: «У меня нет никакого желания быть до конца жизни привязанным к этому месту и проводить службы, я должен буду нести ответственность за украшения богинь. Это сложная задача, мне она не по плечу. Но если ты останешься со мной и возьмешь на себя ответственность за украшения, я согласен проводить службы». Хридай согласился.

После того, как один из служителей уронил статую Кришны, и его выгнали, Рамакришна занял его место в храме Кришны, и Хридай взял на себя проведение службы. Позже Рамакришна стал служителем в храме Кали, а Хридая перевели в храм Кришны.

Хридай всегда говорил, что каждому следует увидеть, как проводит службу Рамакришна. И на самом деле - все, кто это видел, были ошеломлены. Рамакришна пел удивительно красиво, полностью отдаваясь пению. И пока он пел, по щекам его непрерывно текли слезы. Тот, кто слышал это пение, уже не мог забыть его. Во время службы Рамакришна был так поглощен происходящим, что не видел и не слышал никого вокруг.

В 1856 году неожиданно умер Рамкумар. Для Рамакришны это было большим шоком, он вдруг осознал мимолетность этого мира и испытал яркое самоотречение. Еда и сон стали ему безразличны. Когда двери храма были закрыты, в полдень и ночью, он уходил в джунгли, окружавшие Панчавати, и проводил время в размышлениях о Матери и Вселенной. Его поведение беспокоило Хридая. Он думал, что если Рамакришна не спит по ночам, то скоро он не сможет выполнять свои обязанности в храме.

И как-то ночью Хридай тайком последовал за Рамакришной в джунгли. Он знал, что если покажется Рамакришне, то тот только рассердится, и поэтому решил напугать его, и стал бросать камни в кусты. Но увидев, что Рамакришна никак на это не реагирует, он вернулся домой. На следующий день он спросил Рамакришну, что тот делает в джунглях. «Медитирую, - ответил Рамакришна, - под деревом амалаки. Писания говорят, что если медитировать под этим деревом и чего-то очень сильно хотеть, то желание исполнится». Хридай бросал камни вслед Рамакришне еще несколько раз, но казалось, что Рамакришна этого не замечает.

Тогда Хридай преодолел свой страх и последовал за ним дальше, твердо намереваясь увидеть, что происходит в мертвой глуши джунглей. Увидев Рамакришну, погруженного в глубокую медитацию под деревом, без одежды и священного шнура, он был поражен: «Неужели ты сошел с ума? Дядя, почему ты снял одежду и священный шнур?» Ответа на последовало. Немного позже, вернувшись во внешнее осознание, Рамакришна ответил: «Неужели ты не знаешь, что именно так необходимо хотеть Бога - будучи свободным от всех пут? С самого рождения нас преследуют восемь видов оков: ненависть, стыд, происхождение, гордость хорошим поведением, страх, замкнутость, касты и печаль. Этот священный шнур дан мне как брахмину и показывает мое превосходство над остальными. Если человек зовет Мать, он должен устранить подобные мысли, поэтому я снял его и одену после медитации». Хридай был поражен и молча ушел.

После своего первого видения Кали Рамакришна жил в состоянии упоения Богом. Хридай находился в замешательстве, наблюдая за скандальными проявлениями Рамакришны. Он говорил: «В те дни люди, которые заходили в храм Кали, были объяты благоговейным страхом, даже если дяди не было там, и вообще боялись заходить, если он там был. Но я все равно не мог побороть сильного желания увидеть его проявления во время службы. И чем дольше я смотрел на него, тем ярче зажигалось в моем сердце благоговение и преданность, но как только я выходил из храма, меня тут же одолевали сомнения. А может быть дядя правда сошел с ума? Зачем еще ему делать все эти ужасные вещи во время церемонии? Я боялся того, как отреагируют Рани и Матхур Бабу, когда увидят дядю в таком состоянии. Но дядя никогда не заботился по этому поводу. Я больше не решался говорить с ним, мой рот был скован страхом, которого я не могу описать. Между нами появилось отчуждение. И я просто продолжал ухаживать за ним молча, стараясь изо всех сил. Но я боялся, что он может опять что-нибудь такое выкинуть».

О том, как Рамакришна проводил службу, Хридай рассказывал: «Я наблюдал, как дядя брал цветы с листьями и дотрагивался ими до своей головы, груди, в общем, до всего тела, включая лапы, и потом преподносил их к ногам Кали. Глаза и грудь дяди были всегда красными, как у алкоголика. Он вставал, шатаясь, и забирался на алтарь. Сидел там и ласкал Божественную Мать, нежно гладя ее шею. Он начинал разговаривать с ней, петь, шутить и смеяться, а иногда брал ее за руки и начинал танцевать.

Я видел, как он во время подношения вареной пищи вдруг вставал, брал горстку риса и кари с тарелки, подносил их ко рту Матери и уговаривал ее съесть. Потом иногда он говорил: «Ты хочешь, чтобы сначала съел я - а ты будешь есть после меня? Хорошо, я буду есть», и он съедал немного, а остальное подносил к ее губам и говорил: «Я уже немного съел, теперь твоя очередь».

Один раз во время церемонии подношения дядя увидел кошку. Она приперлась в храм и мяукала. И он дал ей еды, предназначенной для Божественной Матери со словами: «Прими это, Мать».

Подобные действия считаются в индуизме святотатством, поэтому служители храма стали проявлять раздражение от присутствия Рамакришны. Тогда Матхур начал все чаще появляться в храме. Но как бы там ни было, Рамакришна не мог продолжать службу, находясь в божественном упоении. Однажды, когда Матхур и Хридай наблюдали за тем, как Рамакришна проводит службу, Рамакришна, находясь в экстатическом состоянии, встал и сказал Матхуру: «С этого дня службу будет проводить Матхур. Мать сказала, что его поклонение она будет принимать так же, как мое». И Матхур принял указание Рамакришны так, будто это было указание Кали.

В тот период Рамакришна достиг такого состояния в своей практике, когда его разрывала буря экстатических переживаний, и Матхур, и Хридай очень за него боялись. Матхур приглашал лучшых медиков Калькутты, чтобы излечить необычные симптомы Рамакришны - повышенную чувствительность, бессонницу, чрезмерное возбуждение и т.д. - но они ничего не могли сделать. Один из медиков сказал, что Рамакришна болеет болезнью йогов. Позже, в 1858 году, Рамакришна отправился в Камарпукур, и там его мать и брат решили женить его, чтобы вернуть к прежнему состоянию. Свадьба была справлена в 1859.

В 1861 году в Дакшинешвар прибыла Бхайрави Брахмани, чтобы посвятить Рамакришну в учение Тантры. Ей было тридцать лет, и выглядела она потрясающе. Заметив ее во время купания, Рамакришна вернулся к себе и попросил Хридая позвать ее. Это удивило Хридая, так как Рамакришна еще ни разу не высказывал желания встреч с незнакомками. Он сказал: «Ты не знаешь ее. Я думаю, что даже если бы ее пригласили, она не согласилась бы прийти». «Иди и скажи ей мое имя, и она придет»,- сказал Рамакришна. И Хридай привел ее, и был ошеломлен тем, что Бхайрави зарыдала от восторга и удивления, как будто нашла что-то очень ценное, что искала уже давно. Рамакришна тоже плакал.

В 1863 году Рамакришна при содействии Бхайрави завершил свою тантрическую садхану и начал несколько садхан Вайшнавы, такие как ватсалья бхава (влюбленность в Бога) и мадхура бхава (отношение к Богу, как отношение жены к мужу). Практикуя последнюю, Рамакришна одевался как женщина. Он воспринимал себя как Радху, гопи, и был всецело поглощен мыслями о Кришне. «Как-то раз в тот период, - говорил Хридай, - Матхур привел меня в женскую половину его дома в Калькутте и спросил, могу ли я найти дядю среди тех женщин. Но мне так и не удалось этого сделать. Каждый день дядя гулял по саду при храме с корзиной и собирал цветы. Мы наблюдали за ним и заметили, что он шагает с левой ноги, как это делают женщины».

В 1864 году Рамакришна начал практиковать Веданту, добился нирвикальпа самадхи за три дня и оставался в таком состоянии шесть месяцев. Как-то раз он сидел на берегу Ганги у чандни и переживал экстатичность. Около гата были две лодки, владельцы их о чем-то спорили. Вдруг один из них ударил другого, более щуплого в спину, и Рамакришна тут же вскрикнул от боли. Хридай услышал крик из храма Кали, и прибежав, увидел, что спина Рамакришны была красной как от удара. Вне себя от гнева, Хридай упрашивал Рамакришну: «Дядя, покажи мне, кто тебя ударил, и я отрублю ему голову». Спустя некоторое время, когда Рамакришна уже пришел в себя, он рассказал о том, что произошло. Рассказ поразил Хридая. Этот случай демонстрирует, что Рамакришна переживал Единство, которое является целью Веданты.

В 1867 году Рамакришна вместе с Хридаем и Бхайрави отправился в Камарпукур. Бхайрави стала к тому времени очень эгоистичной, считая себя наставницей Рамакришны, и всячески пыталась держать жену Рамакришны подальше от него. И когда она начала нарушать обычаи деревни, жители ее начали негодовать. Тогда Хридай попросил ее уехать, и разразился яростный спор. Позже Бхайрави поняла свою ошибку и, извинившись перед Рамакришной, уехала в Варанаси.

Пока они жили в Камарпукуре, Рамакришна заехал в Сихар, деревню Хридая. По этому случаю Хридай позвал несколько известных последователей Вайшнавы, чтобы они могли встретиться с Рамакришной и поспорить с ним на религиозные темы. Мать его, Хемангини Дэви, назвала Рамакришну своим Избранным Божеством и поклонялась ему, поднося ему цветы. Однажды она просила его о милости умереть в священном городе Варанаси. Рамакришна благословил ее, находясь в самадхи, и позднее она действительно умерла в Варанаси.

Проведя в Камарпукуре семь месяцев, Рамакришна и Хридай вернулись в Дакшинешвар через Бурдван. Позже Рамакришна отправился в паломничество с Хридаем, Матхуром и всей его семьей. Из Варанаси эта компания отправилась в Вриндаван. Оттуда Рамакришна поехал на паланкине в Маунт Говардхан, Шьямкуду и Радхкунду. По дороге Рамакришна плакал и повторял: «О, Кришна, здесь все так же, как было раньше. Только тебя нет». Хридай в это время следовал за паланкином и говорил носильщикам, чтобы те были осторожны.

Во Вридаване Гангамайя признала в Рамакришне воплощение Радхи и предложила ему остаться, пожелав служить ему. Такое положение дел беспокоило Хридая, и он решил вытащить дядю из этого места. Он взял Рамакришну за руку и потянул за собой. Но Гангамайя схватила Рамакришну за другую руку. Но в этот момент Рамакришна вспомнил о своей матери и сказал Гангамайе, что должен идти.

В течение двенадцати лет садханы Рамакришны Хридай непрестанно был при нем, и позже, когда Рамакришна должен был уехать, Хридай последовал за ним как друг и телохранитель. Хридай был очень падок на мирские развлечения, и никогда не был склонен к самосозерцанию. Его главными заботами были процветание его небольшой семьи и как можно больше впечатлений. Постоянное пребывание рядом с Рамакришной немного меняло его отношение к жизни, но не надолго.

Сразу после возврашения из паломничества Хридай потерял жену. Ее смерть и стала тем пинком, который изменил его взгляды на жизнь. Страсть превратилась в спокойствие, и он устремился к Богу. Его служения Матери стали более эмоциональными и продолжительными, и он медитировал как Рамакришна: без одежды и священного шнура брамина. Он стал просить Рамакришну дать ему видения и мистический опыт. Рамакришна говорил ему, что для него в этом нет необходимости, но так как Хридай настаивал, сказал: «Пусть свершится воля Матери, это именно она перевернула мой мир и позволила мне пройти все эти состояния осознания. И если она захочет, ты тоже испытаешь их».

Пару дней спустя у Хридая начались видения и даже короткие проблески потери внешнего осознания во время медитации. Один раз в таком состоянии его увидел Матхур и спросил у Рамакришны, что с ним случилось. Тот ответил: «Хридай не притворяется. Он очень сильно хотел этих видений и просил о них Мать, и вот результат. Она скоро успокоит его», «Нет, Отец, - возразил Матхур с улыбкой, - это все твои проделки. Ты перетащил его в это состояние. А сейчас верни его обратно, чтобы мы оба смогли служить тебе. Такие состояния не для нас».

Один раз Хридай увидел, как Рамакришна шел к Панчавати. Схватив кувшин с водой и полотенце (Хридай решил, что они могут понадобиться дяде), он побежал за ним. И вдруг он увидел, что тело Рамакришны трансформировалось в светящуюся форму, которая излучала сияние по всем направлениям. Сияющие лапы Рамакришны не касались земли. Хридай тер глаза снова и снова, чтобы убедиться, что это не галлюцинация. Он оглядывался вокруг, и видел, что Ганга, зеленые существа, все хижины выглядели как обычно, но в месте Рамакришны было только сияние. Хридай посмотрел вниз на свое тело, и увидел, что оно было точно таким же, переполненным светом, и он осознал, что он и Рамакришна в данный момент - одно. Он пережил Ясность, что является неотъемлемой частью сияющего Бога, но в настоящее время был отдельным существом, чтобы быть способным служить этому Богу. Это открытие наполнило его Блаженством, и забыв о себе и том, что его окружало, он закричал: «Рамакришна! Мы не люди! Зачем мы здесь? Рамакришна, давай путешествовать по разным местам и освобождать людей от их пут. Ты и я - Единое существо!»

Рамакришна тут же обернулся к нему и попросил его не кричать так. Он сказал, что если Хридай продолжит орать, из храма сбегутся люди. Но Хридай не останавливался. Тогда Рамакришна дотронулся до его груди и стал молиться: «Мать, сделай этого мальчишку серым и тупым, каким он был раньше». Хридай мгновенно потерял видение и Блаженство. За секунду он впрыгнул в тупость и обыденность. Всхлипывая, он пытался протестовать: «Зачем ты так поступаешь со мной, дядя? Ты отнял у меня это блаженное видение. Теперь мне никогда больше не удастся испытать его!»

«Я не говорил, что ты больше никогда не сможешь испытывать подобное. Я просто хотел успокоить тебя. Ты поднял столько крика из-за какого-то своего мелкого видения, поэтому я попросил Мать вернуть тебя в тупость. Если бы ты только знал, сколько у меня бывает в день таких видений! Поднимаю ли я столько шума? Ты еще не готов. Твое время придет позже».

На некоторое время Хридай успокоился, но чувствовал себя уязвленным и решил втайне от Рамакришны вернуть свои видения. В одиночестве глухой ночью он отправился в Панчавати и устроился для медитации в том же месте, где обычно сидел Рамакришна. Хридаю повезло, что в то же время у Рамакришны возникло радостное желание пойти в Панчавати. Едва он достиг того места, как услышал отчаянные крики Хридая: «Дядя, спаси меня! Я горю, я сгорю заживо!» Рамакришна подбежал к нему и спросил: «Что случилось?» «Дядя, как только я сел медитировать, возникло восприятие, будто на меня высыпали ведро горящего угля! Боль была непереносима!» Тогда Рамакришна несильно потряс Хридая, и жар тут же прошел. «Зачем ты все это делал? - спросил Рамакришна, - разве я не говорил тебе, что ты добьешься всего, если будешь просто служить мне?» После этого случая Хридай больше не пытался медитировать в Панчавати.

Несмотря на уверения Рамакришны, Хридай продолжал искать приключений, это желание чуть не погубило его. Рамакришна рассказывал ученикам, как в Дакшинешвар пришел монах, переживающий опьянение Богом. Он выглядел как вурдалак - голый, весь в пыли, с длинными волосами и ногтями. Он стоял перед храмом Кали, не сводя глаз с ее изображения и воспевал ей гимны так громко, что казалось, что храм вдрагивает. Есть с другими монахами и путниками ему не позволили из-за его неряшливой внешности, поэтому он пошел к куче мусора и разрывал себе там остатки. Распознав состояние, в котором находился монах, Рамакришна пошел к Хридаю и рассказал об этом.

Хридай тут же побежал за этим монахом и стал просить его помочь ему познать Бога. Монах помолчал и сказал Хридаю, указывая на сточную канаву: «Когда эта вода и вода в Ганге станет для тебя одинаково чиста, ты познаешь Бога». Хридай продолжал упрашивать: «Пожалуйста, возьми меня с собой как своего ученика». Но монах молча развернулся и пошел. Оглянувшись, и увидев, что Хридай все еще следует за ним, монах сделал злобное лицо, наклонился за камнем и сделал вид, что хочет бросить его в Хридая. Когда Хридай пустился бежать, монах выбросил камень, сошел с дороги и исчез.

Хридай был неистощимым источником энергии и желаний активности, поэтому своих обыденных обязанностей в храме ему было недостаточно. В 1868 году он решил справлять Дургу Пуджу в новом святилище у себя дома. Рамакришна одобрил это действие, а Матхур дал денег. Хридай хотел, чтобы Рамакришна пошел с ним, но Матхур настоял, чтобы Рамакришна праздновал пуджу дома у Матхура в Калькутте. Рамакришна успокоил племянника: «Не расстраивайся. Я каждый день буду приходить к тебе в своем другом теле и смотреть твое служение. Только ты будешь видеть меня. Научи остальных браминов своей манере служения. Не поститесь, пейте молоко, воду из Ганги и ешьте сладости в полдень. Если ты будешь соблюдать мои указания, Мать примет твое служение».

Хридай в восторге поехал домой и в течении трех дней вел службу, соблюдая советы Рамакришны. Каждый день во время вечерней службы и садхи пуджы (которая проводится между вторым и третьим днем праздника) он видел, к своему огромному изумлению, Рамакришну в его сияющем теле рядом с образом Кали. Потом он вернулся к Рамакришне и рассказал ему о своих видениях. Рамакришна кивнул: «Да, так и есть, как раз в это время я испытывал очень сильное радостное желание увидеть твою службу. Я был в самадхи и чувствовал, что меня несет по тропе, залитой светом, и потом я оказывался в своем светящемся теле на твоей службе». Один раз, находясь в экстатичности, Рамакришна сказал Хридаю провести службу три раза. Но Хридай попытался тайком устроить пуджу четвертый раз, и обстоятельства сложились так, что это оказалось невозможным.

Несмотря на все видения и духовные переживания, которые Хридай испытал с помощью Рамакришны, он оставался обычным семейным человеком. Вскоре после первого года празднования Дурги он женился во второй раз и вернулся в Дакшинешвар на свое прежнее место. И даже работая там в течение дня, он думал только о своей жене и доме. Рамакришна рассказывал своим ученикам такой случай по поводу этого:

«Как-то раз Хридай привел сюда бычка. Я видел, как он привязал зверя в саду, чтобы тот мог пастись. Так повторялось несколько дней, и я спросил его: «Зачем ты приводишь сюда это животное?» Хридай ответил: «Дядя, я собираюсь послать его в нашу деревню. Когда он окрепнет, я хочу на нем пахать». Я был ошеломлен, услышав такой ответ. Как же непредсказуема игра божественной майи! Камарпукур и Сихар находятся так далеко от Калькутты, и этот бедный зверь должен был пройти весь путь сюда. И потом он будет привязан к плугу. Вот это мир! Вот это майя! Я упал без сознания, и только через какое-то время мне удалось вернуть восприятие внешнего мира.

Искушение и золото - это майя. Это два трудных препятствия на пути к Богу. В начале своей садханы Рамакришна не раз выходил на берег Ганги с деньгами в одной руке и глиной в другой, и бросал их в воду. Хридаю такие проявления Рамакришны очень не нравились. Он был фантастически жаден. Он не раз подмазывался к богатым ученикам Рамакришны, льстил им, чтобы использовать их за счет Рамакришны. Когда Матхур хотел подарить Рамакришне состояние, Хридай давал ему советы по этому поводу. Рамакришна услышал этот разговор случайно и сказал: «Забудь об этом, твои намерения меня очень ранят».

Искушение - это проверка на самоотречение. Все великие учителя мира сталкивались с искушением. И Рамакришна не был исключением. Один раз Хридай сговорился с Лакшминарайей Марвари по поводу одного дела, рассчитывая получить десять тысяч рупий. Рамакришна рассказывал ученикам:

«Лакшминарайя Марвари, служитель Веданты, часто приходил сюда (в Дакшинешвар). Как-то он увидел грязную простынь на моем матрасе и сказал: «Я хочу положить на твое имя десять тысяч рупий. Проценты с этой суммы позволят тебе оплачивать все необходимое». Как только он это сказал, я потерял сознание, будто от удара. Придя в себя, я сказал ему: «Если ты будешь говорить о таких вещах, то лучше не приходи сюда. Я не могу даже коснуться денег.» Тогда Лакшминарайя захотел оставить деньги Хридаю. Но я узнал об этом и сказал ему: «Это плохая идея. Если ты оставишь деньги ему, я должен буду сказать Хридаю, что с ними делать. Если он не послушает меня, я испытаю недовольство. Любые дела с деньгами приносят вред. Нет, ты не можешь оставить их Хридаю».

Рамакришна был простым и радостным, как ребенок, поэтому он верил всему, что бы ему ни говорили. Хридай знал, что Рамакришна может говорить с самой Матерью Кали, и также осознавал, что может влиять на Рамакришну, и не раз выпрашивал у Рамакришны оккульные возможности. Рамакришна рассказывал о его опыте:

«Я был очень болен как-то раз много лет назад. Я сидел в храме Кали. Я хотел просить у нее выздоровления, но не мог сделать это от своего имени. Я сказал ей: «Мать, Хридай попросил меня сказать тебе, что я болен». Я не смог продолжить, передо мной тут же возник образ: Музей Азиатского общества, скелет человека, перевязанный шнуром. Я сказал Матери: «Прошу, свяжи мое тело так же, чтобы я мог дальше служить тебе и воспевать тебя». Просить об оккультных способностях для меня было невозможно.

Глупые люди обычно ищут только оккультных способностей - силы целительства или чтобы выиграть суд, ходить по воде и так далее. Но искренне преданные Богу не хотят ничего, кроме возможности познать его. Хридай пришел ко мне однажды и сказал: «Дядя, пожалуйста, уговори Мать дать мне оккультные силы». А я очень наивен. Я молился тогда и практиковал джапу в храме Кали, потом сказал ей: «Мать, Хридай просил меня сказать тебе, что он хочет оккультных способностей». Божественная Мать тут же показала мне видение. Появилась средневековая проститутка лет сорока. Она сидела спиной ко мне. У нее была большая попа, и одета она была в отделанное черным рисунком сари. Потом она покрылась отбросами и грязью. Мать показала мне, что оккультные возможности - это то же самое, что и отбросы на проститутке. Я пошел к Хридаю и отругал его: «Зачем ты научил меня таким молитвам? Это из-за тебя у меня был такой опыт».

Если Рамакришне хотелось путешествовать, ему всегда был необходим сопровождающий, потому что никто, даже сам Рамакришна, не знал, когда он погрузится в самадхи. И в таком случае кто-то должен был быть рядом, чтобы подхватить Рамакришну, если это окажется необходимым. В марте 1875 года Рамакришна и Хридай отправились к Кешабу Чандра Сену в Бельгарию, где тот жил, находясь в ретрите. Они поехали на повозке, запряженной лошадьми, и прибыли туда в полдень. Хридай вышел, чтобы поговорить с Кешабом и представить дядю. «Мой дядя очень предан Богу, - сказал он, - Он любит слушать разговоры и песни о Боге. Слушая их, он впадает в самадхи. Он узнал, что ты тоже ищешь Бога и приехал послушать, что ты говоришь о Боге и его могуществе. С твоего разрешения я приведу дядю». Конечно же, Кешаб согласился, и Хридай привел Рамакришну туда, где уже сидела вся группа. Кешаб и скептически настроенные члены общества Брахмо Самадж разглядывали Рамакришну, но ничего необычного в нем не заметили.

«Это правда, - спросил Рамакришна скромно, - что ты видишь Бога? Я так хочу узнать, что он из себя представляет. За этим я и пришел к тебе». И Рамакришна запел песню из Рампрасада: «Кто знает, что такое Кали? Шесть философов не смогут объяснить ее...». Сразу после пения он погрузился в самадхи. Присутствовавшие о самадхи не имели никакого представления и поэтому решили, что Рамакришна больной или умственно отсталый, или просто хочет произвести на них впечатление. Хридай начал повторять «Ом» на ухо Рамакришне, чтобы вернуть его во внешнее осознание. Постепенно лицо Рамакришны озарилось восторгом, и, находясь в экстатичности, он начал рассказывать притчи Кешабу и его ученикам, чем сразу очаровал их. В сентябре 1879 года Рамакришна опять навестил Кешаба, на это раз в его доме в Калькутте. Когда начался киртан, Рамакришна встал и погрузился в самадхи, и Хридай тут же поддержал его. У Кешаба был фотограф, и ему было велено сфоткать Рамакришну и Хридая, пока Рамакришна находился в самадхи. Это была первая фотография Рамакришны.

Когда Рамакришна отправился вместе с Хридаем в Калигат (в южную часть Калькутты) - посетить Божественную Мать - у Рамакришны было видение. На берегу пруда рядом с храмом, где были заросли кустарника, Рамакришна увидел Кали в обличии девчонки в одежде с красной окантовкой. Она возилась с другими девчонками, пытавшимися поймать кузнечика. Увидев ее, Рамакришна закричал: «Мать, о, Мать!» и потерял внешнее осознание. Снова придя в обычное состояние, он вошел в храм и увидел, что на статуе Кали была точно такая же одежда, как и в тот момент, когда она в обличии девочки играла в кустах. Когда Хридай выслушал рассказ Рамакришны, он спросил: «Дядя, почему ты не сказал мне об этом раньше, я бы побежал и поймал ее». Рамакришна ответил с улыбкой: «Думаешь, это так просто? Если Мать не хочет, чтобы ее поймали, кто сможет поймать ее? Без ее на то желания – никто».

На выставку, проходившую в Калькутте, многие махараджи посылали свои самые лучшие драгоценности вроде орнаментов и золотых диванов. Учеников Рамакришны заинтересовало это явление, и они расспрашивали его. Рамакришна хорошо знал человеческую психологию. Те, кто хочет богатства, говорят только о деньгах. Он сказал им с улыбкой: «Да, вы многое получите, если пойдете на ту выставку. Вы поймете, что все те золотые вещи, посланные махараджами, не прекраснее пыли. Это уже само по себе большое открытие. Я как-то ездил с Хридаем в Калькутту, и он показал мне дворец со словами: «Смотри, дядя, это же дворец Вицероя с огромными колоннами!» А Мать показала мне, что они были просто грудой кирпичей, наложенных друг на друга. Бог и шикарные вещи. Только Бог реален, а существование этих вещей мимолетно».

В 1879 Рамакришна последний раз приехал в Камарпукур. В этот раз он побывал в Сихаре и Шамбазаре (в нескольких милях от Сихара) на празднике Вайшнавы. Откуда только не стекались сюда толпы людей, оставаясь здесь целыми днями. Там Рамакришна продемонстрировал притягательность йога-майи. Когда Бог рождается на земле, он притягивает к себе людей, будто загипнотизированных. Рамакришна позже рассказывал: «Быстро распространился слух, будто прибыл человек, который умер [речь шла о самадхи] семь раз и снова вернулся к жизни. Хридай выволок меня из толпы и повел в рисовое поле в страхе, что у меня будет солнечный удар. Толпа последовала за нами как шеренга муравьев, оглушая звуками кимвал и барабанов. Хридай не выдержал и закричал: «Почему вы следуете за нами? Вы что думаете, что мы никогда не слышали киртана?»

Каждый раз, когда Рамакришна приезжал в Камарпукур, мужчины и женщины со всех концов деревни стекались к нему днем и ночью. Женщины приносили ему разные сладости, фрукты и приготовленную еду. Некоторые специально заканчивали все дела рано, чтобы успеть поговорить с Рамакришной чуть дольше по пути к купанию в Халдарпукуре (пруду). Мужчины обычно приходили после того, как женщины возвращались к своим домашним обязанностям. Так что Рамакришне некогда было отдыхать. Он рассказывал им истории, шутки, пел песни. Пока Матхур был жив, он давал Хридаю деньги на все расходы Рамакришны, и Рамакришна всегда отдавал часть этих денег жителям деревни.

Как-то Рамакришна захотел поехать к своему тестю, который жил в Джаярамбати, примерно в трех милях от Камарпукура. Тело Рамакришны было таким хрупким, что он не мог путешествовать так далеко пешком, поэтому Хридай нанял для него паланкин. В тот день после обеда Рамакришна оделся в красный шелк и нацепил на руку золотой амулет. Его губы были красными от бетеля. Он подошел к паланкину и увидел, что собралась большая толпа. Он обернулся к Хридаю и спросил, в чем причина их сбора. «Ты уезжаешь, и они не смогут видеть тебя несколько дней. Они пришли попрощаться» ответил Хридай. «Но они же видят меня каждый день, - удивился Рамакришна, - Какое новое качество во мне сегодня появилось, что они собрались в таком большом количестве?» Тогда Хридай сказал ему: «Дело в том, что тебе так идет эта шелковая одежда, твои губы светятся алым блеском. Поэтому они хотят видеть тебя». Рамакришна был ошеломлен, узнав, что людей привлекла его внешняя красота, эфемерность, что они хотели видеть его лицо вместо того, чтобы стремиться увидеть в нем Бога. «Как! - воскликнул он, - Люди собрались, чтобы увидеть человека?! Я никуда не поеду. Где бы я сейчас ни показался, люди будут вот так же собираться и глазеть!» Рамакришна вернулся к себе в комнату и с отвращением стянул с себя шелковые одежды. Несмотря на уговоры Хридая и толпы, он больше не выходил из комнаты в тот день. После этого они вернулись в Дакшинешвар.

В 1885 году Хридай официально стал сопровождающим Рамакришну и посвятил бОльшую часть своей взрослой жизни, преданно служа ему. В юности у него были свои недостатки вроде глупости и импульсивности, но Рамакришна смотрел на это сквозь пальцы. Но к сорока годам характер Хридая изменился. Он стал деспотичным, ревнивым и подозрительным стражем, который иногда проявлял себя как надсмотрщик в тюрьме. Все, кто хотел встретиться с Рамакришной, сначала должны были идти к Хридаю и давать ему денег, иначе встреча была для них невозможной. Когда Рамакришна узнал об этом, он отругал Хридая, но тот не обратил внимания на дядю и продолжал в том же духе. Он всем давал понять, что дядя полностью зависит от него. Он кричал на Рамакришну в присутствии других и издевался над ним за его спиной. Иногда он пытался производить на людей впечатление, имитируя поведение Рамакришны в самадхи, распевая песни как дядя и танцуя.

Когда Рамакришна заболел горячкой, к нему пришли несколько его учеников из Калькутты и принесли ему цветной капусты. Рамакришна обрадовался, но тут же быстро сказал: «Спрячьте это и не говорите ничего Хридаю, иначе он заберет ее». Но Рамакришна продолжал защищать Хридая, восхваляя его служение в прошлом и добавляя: «Мать щедро отблагодарила его. Он мог купить себе землю, он может позволить себе давать денег взаймы. И он очень важная персона в этом храме - очень уважаем». Как только Рамакришна закончил говорить, в комнату вошел Хридай и увидел капусту. Рамакришну это, казалось, расстроило, он сказал Хридаю: «Я не просил их приносить это. Они принесли ее по своему желанию. Поверь мне, я у них ничего не просил». Но Хридай пришел в ярость и накричал на Рамакришну. Всхлипывая, Рамакришна обратился к Матери: «Мать, ты освободила меня от всех пут мирской жизни, и все равно позволяешь Хридаю так унижать меня». Но неожиданно он перестал жалеть себя и улыбнулся: «Хридай любит меня и поэтому ругается. Он просто мальчишка, который не понимает, что делает. Не сердись на него, Мать». После этого он погрузился в самадхи.

Но высокомерие не остается безнаказанным, а высокомерие Хридая нарастало день ото дня. Служители храма давно ненавидели его за его поведение и только ждали случая, чтобы его выгнать. Рамакришна знал об этом и постоянно предупреждал Хридая, чтобы тот был осторожен. В марте 1881 года в Дакшинешвар с матерью и несколькими соседями приехала Сарада Деви - навестить мужа. Когда они прибыли, Хридай грубо заявил, что Сараду здесь не ждут, и она может ехать обратно. С глазами, полными слез, Сарада с матерью вернулись в Джаярамбати в тот же день. Рамакришна ничего не мог поделать. Он не хотел раздражать Хридая и промолчал. Но позже сказал ему: «Послушай, ты можешь унижать меня сколько угодно, но не трогай Сараду. Если Тот, кто находится в этом теле, зашипит, ты еще сможешь выпутаться. Но если зашипит тот, кто находится в ее теле, никто уже не сможет защитить тебя».

Вскоре после этого Хридай сам устроил свое падение. В мае 1881 года Трайлокья, один из сыновей Матхура, приехал в Дакшинешвар с женой и детьми, чтобы принять участие в ежегодном празднике храма. Его восьмилетняя дочь вошла одна в храм в тот момент, когда Хридай проводил служение. Неожиданно у Хридая появилось сильное желание сделать подношения этой девочке, будто она и есть Богиня, следуя тантрической традиции. Он положил к ее лапам цветы и намазал их сандаловой пастой. Именно эта паста и выдала Хридая. Когда девочка вернулась с церемонии, мать заметила, что ее дочь намазана сандалом. Услышав, что сделал Хридай, она пришла в ужас, потому что существовало поверье, что если брамин сделает подношения девочке, относящейся к более низкой касте, та обречена стать вдовой вскоре после замужества (для индийских женщин вдовство практически равно смерти - см. Блаватскую «Из пещер и дебрей Индостана» - прим. Ежовой). Трайлокья разозлился и приказал Хридаю покинуть территорию храма немедленно.

Хридай побежал к Рамакришне и все рассказал ему. Он пытался убедить Рамакришну уйти с ним, но Рамакришна отказался. И Хридай ушел один, изнывая от жалости к себе. Оказалось, что Трайлокья в порыве гнева сказал несколько фраз про Рамакришну, намекая на то, что было бы неплохо и от него тоже избавиться. Соответственно, служители храма пошли к Рамакришне и приказали ему немедленно уйти. Рамакришна тут же накинул полотенце на плечо и вышел из комнаты по направлению к воротам. Трайлокья увидел его издалека и подбежал к нему со словами: «Куда же ты?» «Разве ты не хотел, чтобы я ушел?» спросил Рамакришна. «Нет, они не так меня поняли. Я совсем не то хотел сказать. Умоляю тебя, останься». Рамакришна улыбнулся и вернулся в свою комнату, будто ничего не произошло.

Хридай не ушел далеко. Он нашел себе прибежище в беседке Джаду Маллика, расположенной на территории храма. Рамакришна иногда посылал ему еды и ходил к нему сам. Хридай снова и снова требовал от Рамакришны, чтобы тот покинул храм, предлагая самим построить храм Кали где-нибудь, где они оба смогут жить счастливо вместе. Но Рамакришна всегда отказывался, и в конце концов Хридай ушел к себе в деревню и занялся земледелием. Позже Рамакришна говорил ученикам: «Божественная Мать прогнала его из Дакшинешвара. Он вымогал у людей деньги. Если бы он остался со мной, все эти люди могли бы не попасть ко мне».

В августе 1883 года Рамакришна получил от Хридая письмо и упомянул об этом в разговоре с М.: «Я сегодня чувствую себя подавленным. Хридай написал, что очень болен. Но почему мне от этого не хорошо? Это происходит из-за майи или дайи? Ты знаешь, что такое майя? Это привязанность к родственникам - родителям, братьям, сестрам, жене, детям, племянникам, племянницам. Дайя означает – любовь ко всем живым существам. Так что же такое это мое чувство к Хридаю? Майя или дайя? Хридай много сделал для меня: он служил мне от всего сердца, выхаживал меня, когда я болел. Но потом он стал настоящей пыткой для меня. Эта пытка была так невыносима, что один раз я чуть не покончил с собой, прыгнув в Гангу с верха набережной. Сейчас мне будет легче, если у него появится немного денег. Но кого мне попросить об этом? Кто любит говорить о таких вещах с нашими богатыми посетителями?»

26 октября 1884 года Хридай пришел в Дакшинешвар, чтобы увидеть Рамакришну. М. пишет об этом:

В комнату вошел человек и сказал, что Хридай ждет Рамакришну в саду Джаду Маллика, рядом с воротами. Рамакришна сказал ученикам: «Я должен увидеть Хридая. Не уходите никуда». Он одел сандалии и пошел к восточным воротам сада. М. шел с ним.

При виде Рамакришны Хридай, который стоял у ворот со сложенными на груди руками, упал перед ним на землю. Когда Рамакришна сказал ему встать, Хридай поднялся и заплакал. Странно! Слезы появились и в глазах Рамакришны тоже. Он вытер их рукой. Хридай заставил его пройти через столько испытаний, и не смотря на это Рамакришна плакал при виде его!

Рамакришна: Почему ты здесь?

Хридай (плача): Я пришел увидеть тебя. Кому еще мне рассказать о своих горестях?

Рамакришна улыбнулся и успокаивающе сказал ему: Никто не может избежать горя в этом мире. Наслаждение и боль неизбежны и мире людей. (указывая на М.) Вот почему они раз за разом приходят сюда. Когда они слышут о Боге, они обретают покой. Какие у тебя проблемы?

Хридай (плача): Ты больше не хочешь общаться со мной, и поэтому я страдаю.

Рамакришна: Как разве не ты сказал мне «следуй своим убеждениям, а я буду следовать своим»?

Хридай: Да, это сказал я. Но разве я знал тогда?

Рамакришна: Сейчас я хочу уйти. Мы поговорим с тобой как-нибудь в другой раз. Сегодня воскресенье, и ко мне пришло очень много людей. Они ждут меня в комнате. У тебя был хороший урожай в этом году?

Хридай: Неплохой.

Рамакришна: Я прощаюсь с тобой, приходи в другой раз.

Хридай опять распростерся перед Рамакришной, а Рамакришна развернулся и пошел обратно в свою комнату.

Рамакришна (обращаясь к М.): Он так мучал меня, но в свое время он и служил мне преданно. Когда у меня были длительные проблемы с желудком, и я превратился в набор костей и не мог больше есть, он сказал мне: «Посмотри на меня, как аппетитно я ем! Ты уже так не можешь!» И еще он говорил мне: «Дурак ты! Если бы рядом не было меня, что бы стало с твоей профессией святого?»

От этих слов Рамакришны М. остолбенел. И о таком человеке он плакал пару минут назад!

Рамакришна (обращаясь к М.): Он служил мне так преданно, почему же он дошел до такого состояния? Он заботился обо мне как самка, которая выращивает детеныша. Я тогда мог находиться без сознания дни и ночи подряд. К тому же, я долгое время был болен. Я полностью зависел от него.

Судя по записам М., эта встреча Рамакришны с Хридаем была последней. Должно быть, Хридай слышал, что его дядя болел раком и собирался уезжать то ли в Калькутту, то ли в Коссипур, но он так и не пришел к нему больше. И после того, как Рамакришна умер, Хридай переехал в Калькутту в поисках работы. Рам Чандра Дата, один из учеников Рамакришны, привез останки учителя к себе в загородный дом в Канкургачи Йогодану и начал ежедневно совершать там обряд поклонения. Он предложил Хридаю проводить службу, поклоняясь Рамакришне взамен на ежемесячную оплату, бесплатную лодку и жилье. Хридай согласился, но через несколько дней опять стал проявлять себя высокомерно. Он ел масло и сладости утром, перед тем как преподнести их Рамакришне, вечером опять ел то, что было предназначено для подношения. Раму это надоело, и он выгнал Хридая.

Потом Хридай стал разносчиком товаров и продавал одежду в Калькутте. Иногда он приезжал в храм в Аламбазаре, где ученики Рамакришны построили святилище для учителя. Там Хридай ужинал и рассказывал ученикам истории о садханах Рамакришны, паломниках, встречах с выдающимися людьми, о том, как раньше все было в Дакшинешваре, о Расмани и Матхуре. Так как никто из учеников Рамакришны не знал его до 1879 года, Сарадананда не смог бы без Хридая завершить биографию Учителя. Хридай в деталях мог вспомнить любые события из жизни Рамакришны, потому что жил с ним дольше, чем кто-либо другой.

Где-то в 90-х годах в Дакшинешвар приехал Наг Махашай, один из учеников Рамакришны, вместе с Суреш Чандрой Датта и Саратом Чандрой Чакрабарти. Для Сарата Чандры это была первая поездка туда, и позже он написал в Святой Дурге Чаран Наг: «В тот день Хридай Мукхопадхья тоже пришел в сад. (Кажется, служители храма не заметили его или просто не обратили на это внимания). Он нес мешок с одеждой и выглядел очень подавленно. В то время он торговал. Он был знаком с Наг Махашаем, и они сразу начали говорить о Рамакришне. Хридай спел несколько песен о Божественной Матери. Наг Махашай сказал, что Рамакришна часто пел эти песни. После долгого разговора Хридай воскликнул: «Как же удивительно изменилась ваша жизнь от благословления Рамакришны! Но увы! Я до сих пор должен ходить от двери к двери и зарабатывать на еду, торгуя одеждой. На меня милость Рамакришны не распространяется». Сказав это, он заплакал.

Когда свет луны отражается на отмели, мелких рыбешек охватывает восторг, и они начинают играться, думая, что луна - их друг. Но когда луна заходит, они начинают страдать, скучая по своему сияющему другу. Примерно так же получилось и с Хридаем. Его тело было в мире людей, но его разум был с любимым дядей. В 1895 году во время празднования дня рождения Рамакришны, Хридай тоже был в Дакшинешваре и рассказывал ученикам много историй из жизни дяди. Он жаловался: «Когда ни один человек не интересовался дядей, я служил ему. А сейчас никто обо мне не заботится. Если кот прольет молоко хозяина, неужели хозяин выгонит кота?» Зная тяжелое положение Хридая, некоторые ученики начали помогать ему деньгами.

Пока Хридай жил с Рамакришной, он был силен и обладал хорошим здоровьем. Но потом его здоровье сильно пошатнулось из-за тяжелой работы и практикования тантрических дисциплин левой руки по ночам. Отчаявшись, Хридай вернулся к Сихару в его загородный дом, где умер в 1899 году. Один раз перед отъездом домой Хридай приехал в храм в Аламбазаре и пошел к святилищу Рамакришны. Там его встретил Свами Ниранджанананда и спросил, как он поживает. Хридай ответи: «Брат, я мертвец! Те дни прошли, дядя скончался и мое сердце умерло вместе с ним. А в этом мире осталось безжизненное тело».